В областных администрациях вопросы трансграничного сотрудничества курируют существующие с советских времен управления по международным связям, задача кото­рых не развитие трансграничного сотрудничества, а выхолащивание его, сведение этого сотрудничества к ритуальным встречам и подписанию «протоколов о намерениях» по советскому типу. Достаточно вспомнить, что в демократической Украине по-прежнему действует запрет на посещения иностранцами органов местной власти без специального разрешения спецслужб, которое необходимо оформлять за несколько недель до встречи. при этом необходимо подробно обосновать необходимость этой встречи, дать сведения о посетителях. (автор столкнулся с действием этого распоряжения кабинета министров во время приема польской делегации в Херсоне 14-17.04.2008, в составе которой был се­натор Республики польша станислав Гогач и профессор католического университета г. Люблин славомир партицкий. Заместитель главы облгосадминистрации Л.Оленковская отказалась встретиться с делегацией мотивируя этим запретом). понятно, что федерализм и регионализм «по-советски» не может быть моделью устройства современной Украины, но замалчивание и отрицание федерализма европейского, регионализма европейского типа не может быть оправдано никакими опасениями, и является средством сохранения банальной монополии центральной власти, пресловутой «вертикали власти», которую от­стаивает отжившая по сути и тоталитарная по происхождению украинская постсоветская номенклатура.

Все последующие причины недостаточного развития трансграничного сотрудниче­ства, которые называют современные эксперты и аналитики, результат действия упомя­нутой главной причины.

По мнению авторитетного журнала «національна безпека і оборона», эти причины следующие:

ƒ неопределенность полномочий местных органов власти и местного самоуправле­ния в вопросах трансграничного сотрудничества;

ƒ недостаточная государственная поддержка (в т.ч. финансовая) программ и про­ектов трансграничного сотрудничества; медленные темпы строительства при­граничной инфраструктуры украинской стороной;

ƒ слабое привлечение предпринимательских структур и структур «третьего секто­ра»;

ƒ отсутствие горизонтальных коммуникаций;

ƒ ограниченность достоверной и сравнительной статистической информации о состоянии и развитии регионов; недостаточный уровень презентации регионов Украины в странах ес;

ƒ недостаточное качество подготовки и невыразительная направленность проектов регионального сотрудничества, которые подаются Украиной на рассмотрение европейской комиссией. В результате, у ее представителей появляются небезо­сновательные сомнения относительно получения в рамках этих проектов какой-нибудь прибавочной стоимости, а значит, в целесообразности их финансовой поддержки⁷.

Не способствует развитию трансграничного сотрудничество и недавнее вхождение наших соседей в Шенгенскую зону и появление новых трудностей в получении виз для посещения соседних стран.

Сегодня мы можем однозначно сделать вывод, что политика Украины в вопросах трансграничного сотрудничества не соответствует европейским нормам, идеалам, и не использует европейский опыт регионализма.

И Украина и молдова имеют сходные макроэкономические проблемы – невысокий уровень включенности экономики в процесс экономической глобализации, отсутствие серьезных структурных сдвигов, обусловленных вхождением в европейские и мировые экономические структуры, низкий уровень международной конкурентоспособности. причем, схожесть проблем не означает их одинаковость: Украина все же более продвинута на пути интеграции в мировую экономику, что еще раз доказывает полезность ее уча­стия в конструировании одесского трансграничного макрорегиона. привлекательность Одесского макрорегиона может возрастать в связи с повышением уровня экономики, его большей включенности в мировое разделение труда, увеличение здесь доли высокотех­нологических производств.

Наиболее известная комплексная оценка включенности отдельных стран в процес­сы глобализации осуществляется в рамках «индекса глобализации» (Globalization Index Rankings). Этот индекс учитывает включенность в глобальные политические процессы (включенность в международные организации, количество диппредставительств и т.д.), развитие глобальных технологий (численность пользователей интернет, количество узлов интернет и т.д.), личные международные контакты (туризм, трансграничные денежные переводы и т.д.) и развитие экономической интеграции (торговля, инвестиции и т.д.). по этому показателю Украина занимает в рейтинге 42 место, больше она включена в развитие экономической интеграции, меньше – в систему личных контактов, развитие высоких технологий и глобальные политические процессы⁸. молдова пока не включена в список оцениваемых государств.

Будущий макрорегион столкнется с проблемой отставания по условиям функциони­рования в глобальных сетях. согласно мировому «индексу готовности общества к функ­ционированию в глобальных сетях» (Te Networked Readiness Index 2007-2008 rankings), Украина занимает только 70 место (3.69 балла), а молдова – 96 место (3.21 балла). мак­симальное число – 5.78 баллов у Дании, и минимальное – 2.40 – у чада⁹. Данный индекс включает индекс использования сетей и индекс развития возможностей. индекс использования сетей составляется на основе следующих показателей: число пользователей ин­тернет (на 100 чел.), число пользователей мобильной телефонной связи (на 100 чел.), число пользователей интернет в расчете на один узел, процент компьютеров, подсоединенных к интернет, доступность услуг интернет. индекс развития возможностей включает до­ступность сетей, политику развития сетей, развитие социальных сетей, развитие сетевой экономики (электронное правительство, электронная коммерция).

Другой острейшей проблемой макрорегиона может быть коррупция. международ­ная организация Transparency International рассчитывает индекс восприятия коррупции (восприятие коррумпированности государственного сектора предпринимателями и экс­пертами), в 2008 г. по ее данным молдова заняла 109 место (2,9 балла), а Украина – 134 (2,5). Оценки размещались на 10-бальной шкале, где 10 – отсутствие коррупции, 0 – самый высокий уровень коррупции¹⁰.

Важнейшей предпосылкой объединения экономик макрорегиона может быть общ­ность типа хозяйственной жизни, определенное сходство экономического поведения домо-хозяйств. Это связано со сходством географических, климатических и социо-культурных условий жизни населения.

Вместе с тем, общей сохраняется и проблема социально-экономической зависимости части населения как феномена сознания и экономического поведения населения Украины и молдовы. несмотря на то, что украинское и молдавское общество, приднестровское общество включились в глобальный процесс индивидуализации экономической жизни, часть населения все же тяготеет к старому порядку, означающему суженность простран­ства индивидуальных свобод и минимальную индивидуальную ответственность. сохра­няется явление массовых установок на «зависимость», возникающих по поводу обмена экономическими ресурсами. В Украине, молдове и приднестровье в частом употреблении находится «перераспределительная» риторика политиков и представителей власти. До­минируют настроения поощрения увеличения программ социальной помощи.

Издержки политики ограничения в регионе экономических свобод

Для того, чтобы идея Одесского макрорегиона (Днестровско-причерноморский ма­крорегион) была успешно реализована, Украине предстоит реализовать серьезную ком­плексную программу трансграничного сотрудничества, и как минимум, отказаться от попыток искусственной политики ограничения экономической свободы приднестровья, которая подрывает идею экономической интеграции региона как способа разрешения и урегулирования регионального конфликта.

По самым скромным подсчетам, среднегодовой внешнеторговый оборот придне­стровья составляет около 770 млн. долл. Более 144 предприятий электроэнергетики, ма­шиностроения, металлообработки, черной металлургии и др. обеспечивают внешнеэко­номические отношения региона с 59-70 странами¹¹. Основной транзит продукции идет через Украину. В этом – главная предпосылка взаимодополняемости регионов в составе Одесского макрорегиона, что и является основой урегулирования. если начинать с эконо­мической интеграции как пути к урегулированию, и делать это в условиях экономической свободы, а не применения экономических блокад и бойкотов, украинский транзит – не­обходимый компонент всего проекта.

Введение Украиной в марте 2006 г. новых таможенных правил (экономической блокады приднестровья) было шагом, направленным против экономических интересов Украины и против идеи экономической интеграции макрорегиона. Это решение совпало с подпи­санием с США соглашения по вступлению Украины в ВтО и отмене поправки Джексона-Вэника, ограничивающей с советских времен товаропоток в США с Украины.

В условиях непрозрачности политики официальных украинских властей в отноше­нии молдовы-приднестровья, реальная сумма экономических убытков, которые понесла Украина в результате введения нового таможенного режима (по лексике приднестровья – экономической блокады) населению Украины неизвестна. подобное замалчивание по­следствий внешнеполитических шагов нанесло непоправимый ущерб по имиджу «демо­кратических» правительств Украины.

Для того, чтобы оценить хотя бы порядок цифр такого ущерба, отметим, что объем ввозимой из пограничных областей Украины продукции оценивается в 270 млн. долл., только молдавский металлургический комбинат в г. Рыбница в 2004 г. приобрел в Украи­не сырья на сумму свыше 50 млн. долл., каждый месяц ммк приобретает в Украине до 100 тыс. т металлолома. через украинские порты ммк ежемесячно отправляет 85 тыс. т металлопроката. Убытки Украины от введения нового таможенного режима вероятно исчисляются в сотни млн. долл.¹².

Аналогичные последствия имел и железнодорожный инцидент 2006 г., суть которого в одностороннем прекращении Украиной железнодорожного сообщения с приднестровьем, также означавшем большие убытки для украинских предприятий и государства. Украине удалось вскоре преодолеть это антиэкономическое решение.

В приднестровье Украина имеет серьезные бизнес-интересы. Общий сегмент укра­инского бизнеса в приднестровье составляет не менее 1 млрд. долл. в год¹³. но наличие бизнес-интересов никак не сказывается на публичной деятельности бизнеса. практически эти интересы находятся в общественной «тени».

Ограничения свободы торговли с приднестровьем оказались серьезной внешнеполи­тической ошибкой Украины, повлекшей как колоссальные экономические убытки, так и политические убытки в виде самоустранения Украины от естественной миротворческой роли в приднестровском конфликте.

Экономический путь урегулирования и его европеизация

Исследователи, наблюдатели и участники процесса урегулирования регионального конфликта практически единодушно приходят к выводу о неизбежности европеизации урегулирования. причем, этот вывод делается не в логике войны по принципу «или-или», а скорее в логике «и/или», когда европеизация лишь дополняет уже имеющиеся содер­жательные компоненты урегулирования. Речь не идет ни о нарушении прав каких-либо групп населения, ни о получении односторонних привилегий другими группами, ни о единовременной отмене социо-культурной самобытности или идентичности людей.

Под «европеизацией» в области урегулирования приднестровского конфликта мы по­нимаем «процесс, приводимый в действие и стимулируемый европейскими институтами, прежде всего европейским союзом, путем привязки окончательного исхода конфликта к определенной степени интеграции заинтересованных сторон в европейские структуры. Эта привязка осуществляется посредством конкретных механизмов кондициональности и социализации, встроенных в процесс европеизации»¹⁴. конкретным выражением «европеизации» может быть как активное участие ес в процессе урегулирования, так и формирование ес «рамочной структуры» такого урегулирования. «европеизация» всегда ассиметрична, поскольку другие участники процесса урегулирования как правило не име­ют институциональных механизмов воздействия на позицию европейского союза.

Европейский союз обращает все большее внимание на приднестровский конфликт. Это связано как с институциональным становлением ес, так и изменением его политики, определяемом вступлением новых членов – польши, Литвы, Румынии, для которых при­днестровский вопрос крайне важен¹⁵. 

Концептуальным выражением сути политики ес на молдавско-приднестровском направлении является европейская политика соседства (European Neighbourhood Policy – ENP), которая состоит в предложении ес тесного сотрудничества тем странам, которые не имеют в данный момент перспектив на членство¹⁶.

Евросоюз за 6 лет проделал большой путь вовлечения в урегулирование приднестров­ского конфликта:

1.       принятие мер по дипломатической блокаде приднестровья – запрет на выдачу виз представителям приднестровских властей – 2003 г.;

2.       посредничество в украино-молдавских переговорах о сотрудничестве в управле­нии границами – 2003 г.;

3.       формирование привлекательной для молдовы внешнеполитической альтернативы европейского партнерства – российскому плану федерализации общего молдав­ского государства – 2003 г.;

4.       согласно приглашению молдовы ес вошел в состав участников переговорного процесса в формате «5+2» в качестве наблюдателя – в 2005 г.;

5.       учреждение поста специального представителя ес в молдове – 2005 г.;

6.       создание миссии ес по вопросам поддержки на границе (EU Border Assistance Mission) – 2005 г..

В целом ЕС заявил о себе как мощный фактор процесса урегулирования, центр силы, без которого урегулирование конфликта практически невозможно. Вместе с тем, при­нимаемые меры практически пока не привели к желаемым результатам – разрешению приднестровского конфликта на европейской платформе. не удается повлиять на превра­щение молдовы в правовое демократическое процветающее государство, которое могло бы стать привлекательным для жителей приднестровья. низкая эффективность оказалась у мер по дипломатической и экономической блокаде приднестровья. Декларативный по большей части характер носит помощь Украины в разрешении конфликта на европейской основе. пограничная миссия EUBAM не дала ожидаемых результатов – свидетельств тех масштабных международных преступлений, которые якобы совершала элита при­днестровья (контрабанда наркотиков, оружия, «живого товара», и т.п.). неэффективной оказалась координация и консолидация внешней политики ес с внешней политикой и риторикой нового члена ес – Румынии в отношении молдо-приднестровского конфликта. ес не удалось наладить конструктивное сотрудничество с Россией – важным игроком в процессе урегулирования конфликта.

Позиция и политика ес меняется, очень важным является большее внимание ес к самому приднестровью, его внутриполитической динамике, перспективам его дого-вороспособности, лояльности его бизнес-элиты по отношению к европейской модели урегулирования замороженного конфликта. ес расширяет применение принципа кон-дициональности, предусматривающего не только наказание приднестровской элиты, но и ее поощрение, особенно с учетом зависимости приднестровья от экспорта продукции в страны ес.

Для нас также важны следующие вопросы: насколько связаны экономический путь урегулирования и его европеизация? каковы преимущества и недостатки европеизации процесса урегулирования? какова оптимальная последовательность этапов европеизации и урегулирования?

Очевидно, что в начальном периоде урегулирования приднестровский конфликт на­ходился на периферии интересов ес. В дальнейшем шаги ес скорее указывали на доми­нирование политических подходов к урегулированию. Однако, по мере того, как придне­стровский конфликт переживал стагнацию, а приднестровская молдавская республика проявила свою жизнеспособность, стала очевидной недостаточность политического под­хода. к тому же, в молдове проявились кризисные политические тенденции, а Украина ока­залась неспособной довести до конца политику изоляции приднестровья. В ес проявился интерес к источникам жизнеспособности приднестровской экономики. Экономическая интеграция оказалась тем звеном, которое может в настоящее время объединить весь молдо-причерноморский регион.

В настоящее время европеизация приднестровского урегулирования может включать следующие компоненты: 1) утверждение принципа свободы экономической деятельности в макрорегионе; 2) поощрение экономической интеграции и трансграничного взаимодей­ствия экономических акторов молдовы¸ приднестровья и Украинского причерноморья; 3) инвестирование совместных трансграничных экономических проектов со стороны ес; 4) выделение прямых крупных финансовых грантов на экономическую интеграцию в регионе; 5) включение сторон конфликта в процесс евроинтеграции как способа урегулирования конфликта; 6) вознаграждение участников урегулирования евроинтеграционными при­вилегиями определенного типа.

Здесь возникает дискуссионный вопрос о последовательности этапов европеизации и урегулирования. что следует делать в первую очередь: дать участникам конфликта ту или иную степень приближенности (интегрированности) к ес как благоприятное усло­вие урегулирования, или наоборот, декларировать эту степень евроинтегрированности как приз за урегулирование для его участников?¹⁷. Учитывая значительное снижение интереса населения молдовы к проблеме реинтеграции, можно сказать, что этот интерес может вообще исчезнуть в случае евроинтеграции (в той или иной форме Республики молдовы). Это обстоятельство делает евроинтеграцию молдовы до реинтеграции очень проблематичной. В пользу этого пути говорит только аргумент привлекательности воз­рожденной на деньги ес молдовы для приднестровцев. но путь финансовых дотаций депрессивным странам не пользуется у членов ес популярностью, о чем говорит пример Болгарии, которая наоборот, была наказана «рублем» (т.е. «евро») за бездействие в борьбе с коррупцией.

Серьезным возражением против экономического пути урегулирования, который мо­жет не совпадать с интересами европеизации может быть вопрос о представительстве интересов региональных элит. Экономический путь разрешения конфликта, экономиче­ская свобода и интеграция на макрорегиональном уровне значительно снизит значение политических элит государств региона и способны породить субрегиональные бизнес-элиты, недооценивающие ни политический суверенитет национальных государств, ни саму роль политических элит этих государств. Уже сегодня в молдове, приднестровье и Украине общественность ставит вопрос о чрезмерном влиянии финансово-олигархических кланов, об их непропорциональном и теневом влиянии на политические процессы в ре­гионе и состояние национальных экономик и массового сознания в Украине и молдове-приднестровье. «Экономизация» урегулирования способна сделать этих непривлека­тельных акторов главными субъектами урегулирования, что имело бы непредсказуемые последствия для судеб демократии в регионе.

И с точки зрения массового сознания, развращенного политическим популизмом, и с точки зрения борьбы постсоветских элит за сферы влияния, и с точки зрения обостре­ния конкуренции между региональными финансово-олигархическими кланами эконо-мизация урегулировании конфликта в качестве основного ставит вопрос о масштабном перераспределении собственности и принципах и правилах такого перераспределения. скорее всего, принцип будет один: «больший поглощает меньшего». такая перспектива устраивает далеко не всех. появляются группы интересов не поддерживающих любую форму трансграничной экономической интеграции, которая угрожает их благополучию и самому их существованию. существующие экономические риски и политический страх действует как кумулятивный механизм, в разы усиливающий оппозицию урегулированию и экономической интеграции.

Главный аргумент в пользу европеизации – европейские преимущества экономической свободы и высокий уровень жизни. Эти беспроигрышные аргументы могут обрести весо­мость именно в результате реализации программы экономизации процесса урегулирова­ния конфликта. политики и олигархи в этом случае рискуют, а мелкий и средний бизнес получает шанс. социально-экономически зависимые слои населения переживут раскол: часть из них захотят иметь надежного и доброго хозяина-работодателя, другая же часть переживет синдром «бегства от свободы», опасаясь и интенсификации своей трудовой деятельности, и повышения пенсионного возраста, и отказа от привычных социальных льгот и выплат.

Европеизация в интерпретации постсоветских пропагандистов, воспитанных в уни­верситетах марксизма-ленинизма предстает стереотипным вариантом «светлого будуще­го», некоей реинкарнацией коммунизма, в котором «каждому будет по потребностям». От­талкивающая пошлость евроинтеграционистской пропаганды сводит на нет преимущества свободы информации и слова, самостоятельного и компетентного мнения.

Безусловно, европеизация урегулирования конфликта имеет свои недостатки. тради­ционный тип хозяйствования, основанный на православных традициях и крепостных по сути отношениях, включающий иждивенчество и социально-экономическую зависимость будет изжит. поэзия этого уклада, его эстетика также исчезнут.

Города макрорегиона может и станут жить лучше, но они перестанут быть византий­скими «столицами» со своими парадами, президентами и «дворами». многие граждане будут чувствовать обиду и ущерб своей гордости от этого.

Евросоюз не выработал политики по отношению к русскоязычному населению быв­шей советской империи, это очень серьезные недостаток, который означает утрату этим населением своей самобытности («прибалтийский синдром»).

Европеизации сопутствуют такие болезни как миграция, деградация социальной сфе­ры, маргинализация населения с низкой адаптивностью к новому стилю жизни.

Но на другой чаше весов – движение к высокому уровню и качеству жизни, появление новой европейской идентичности, система защиты прав человека, гарантии безопасно­сти и свобода коррупции, наконец, отмена ненавистных границ. В общем, новая, другая жизнь… для новых, других людей.

Преимущества и недостатки европеизации урегулирования приднестровского конфликта

С точки зрения южно-украинских экспертов, важнейшим инструментом евроинтегра-ции и социализации участников процесса урегулирования приднестровского конфликта является трансграничное сотрудничество. Эта идея отражена в национальной программе интеграции Украины в ес, одобренной в сентябре 2000 г., в Законе Украины «О трансгра­ничном сотрудничестве», принятом 24 июня 2002 г.

Поражает тот факт, что трансграничное сотрудничества практически локализуется только на западных границах Украины и практически заморожено на ее южных границах – с членами натО – турцией и Румынией, с дружественными молдовой-приднестровьем. причиной такого положения являются латентные конфликты Украины с этими странами, разрешению которых ес никак не содействует.

С другой стороны, в самой Южной Украине трансграничное сотрудничество поручено организовывать управлениям по международному сотрудничеству облгосадминистраций, сформированных и работающих практически по советским лекалам и скорее препятствую­щих, а не помогающих этому сотрудничеству.

В современной Украине появилось то, что можно назвать «окно в европу», локализую­щееся на украино-польской границе. именно здесь реализуются современные европейские модели трансграничного сотрудничества. Граница на Юге Украины имеет совершенно иной характер, иные особенности и задачи.

Конгломератные общества макрорегиона и экономический путь урегулирования молдо-приднестровского конфликта

Рассматривая перспективы и выгоды экономической интеграции в макрорегионе (молдова, приднестровье, Украинское причерноморье), важно различать в сложившихся субрегионах амбивалентность наличных обществ, состоящих из двух компонентов – гло-балистского, постсовременного и традиционалистского, патриархального. «современные общества становятся похожими на конгломерат, внутри которого сосуществуют, скажем, два анклава. В первом «замыкается» все современное и пост-современное – это «камера глобализации». Во втором – заботливо оберегают, холят и лелеют все традиционное, исконно свое, родное» – пишет известный исследователь международных отношений А.Богатуров¹⁸. Экономическую интеграцию в Одесском макрорегионе (еврорегион «Ду­най») приемлют оба эти компонента, но в разной степени и в разном стиле.

В наших работах, посвященных внутриполитической динамике в приднестровье¹⁹ мы отмечаем действие этих двух анклавов в приднестровье.

В конгломератных обществах одной из важнейших политических проблем стало взаи­модействие и отношения власти и бизнеса. и в Украине, и в молдове и в приднестровье эти отношения наполнены борьбой и проблемами, в большей или меньшей степени. В Украине правят финансово-олигархические кланы и власть только подступает к процессу пода­вления олигархии по путинскому типу и установления господства над олигархическими кланами; в молдове господствует власть; а в приднестровье создана схема взаимопроник­новения интересов власти и бизнеса и подковерной позиционной борьбы за влияние.

Было бы ошибкой и упрощением делать вывод, что только одна из сторон в этих кон­фликтных отношениях господства-подчинения может быть носителем идеи макрорегио-нальной экономической интеграции. на самом деле, обе стороны лояльны такой интегра­ции по мотивам собственного участия и реализации своей идеологии такой интеграции.

Необходимыми условиями экономической интеграции в макрорегионе могут быть: 1) гарантии взаимного признания прав собственности бизнес-элит участников эконо­мической интеграции (в особенности это касается приднестровской собственности и собственности на приднестровской территории); 2) сохранение конгломератного харак­тера субрегионов, в т.ч. приднестровья, т.е. гарантии сохранения политического класса «традиционалистов»; 3) распространение европейской модели взаимоотношений власти и бизнеса; становление современного менеджмента стратегии развития регионов.

Мы исходим из того, что общества макрорегиона еще длительное время будут со­хранять очертания конгломератных обществ и проблема взаимодействия глобалистского и традиционалистского начал в обозримом будущем сохранится. Это сосуществование ярко воплощается в политическом дизайне региональных обществ: в приднестровье это сочетание «звезды Шерифа», как логотипа глобалистского, и красной звезды, как логотипа советского.

Дивиденды мира и экономической интеграции

Главным результатом украинского участия в макрорегиональной экономической ин­теграции является формирование конкурентоспособности нового образования, нового рынка. В настоящее время регионы, которые мы рассматриваем, неконкурентоспособны. их конкурентный потенциал может раскрыться только в условиях экономической инте­грации и расцвета трансграничного сотрудничества на новой общеевропейской основе.

Конкурентоспособность региона мы понимаем в европейском духе, как способность региона обеспечить относительно высокие стандарты жизни населения, а критериями такой конкурентоспособности выступают трудовая миграция и приток инвестиций в ре­гион. по определению Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭсР), конкурентоспособный регион «это такой, который может привлечь и поддержать успеш­ные кампании и обеспечить более высокие стандарты жизни жителей региона. квали­фицированный труд и инвестиции стремятся «убежать» из неконкурентных регионов в более конкурентные»²⁰.

Идея конкурентоспособности состоит в том, что основой региона становятся класте­ры, группы предприятий, объединенных не по политическим признакам принадлежно­сти к тому или иному государству, а по географическому и экономическому принципам, взаимодополняя друг друга и формируя вокруг себя пул поставщиков разнообразных услуг. аграрная Республика молдова, индустриальное приднестровье и порты украин­ского причерноморья прекрасно дополняют друг друга, формируя единый макрорегион. кластеризация Одесского макрорегиона показывает вектор экономической интеграции: с Запада – на Восток, из правобережной молдовы через приднестровье на украинское причерноморье.

Каковы должны быть критерии для оценки конкурентоспособности регионов в фор­мирующемся макрорегионе, показывает индекс европейской конкурентоспособности (European Competitiveness Index)²¹, рассчитанный для некоторых регионов и стран европы. Расчеты делаются по 40 факторам, которые группируются в пять категорий: креативность, экономическая эффективность, инфраструктура и доступность, занятость в отраслях экономики знаний, образование. что касается креативности, оценивается число заня­тых в научно-исследовательских и конструкторских работах на 1000 человек населения; затраты на ниОкР на душу населения; количество заявок на получение патентов на 1 млн. населения, число занятых на 1000 чел. в отрасли предоставления информационно-коммуникационных услуг.

Оценивая конкурентоспособность наших регионов, мы видим ту историческую осно­ву, которая может стать опорой экономической интеграции и модернизации. Это прежде всего, традиционный уклад экономики, тип хозяйствования, присущий и для молдовы и и для юга Украины. Это также сочетание аграрно-ориентированных и промышленно-ориентированных регионов, дополняющих друг друга. Важным является высокий уровень консолидированности местных общин, их сплоченность вокруг местных властей. также играет роль интенсивность коммуникативных связей в регионе.

Механизмы возрождения регионов хорошо известны: это новое лидерство, европеи­зация мышления (стандарты и стратегическое планирование), международно-правовая система трансграничного сотрудничества.

Дивиденды мира и экономической интеграции таковы: формирование в регионах среднего класса, носителя европейских ценностей; формирование высокого уровня жиз­ни по европейским стандартам; открытие новых рабочих мест и сокращение трудовой миграции.

Дивиденды мира и преимущества конкурентоспособности в условиях формирования одесского макрорегиона

Украинское правительство, которое будет руководствоваться идеей обеспечения оди­наковых возможностей для всех граждан Украины, независимо от места их проживания, направит свою политику на создание Одесского макрорегиона, не опасаясь деструктивных политических последствий.

Интересы киевских стейкхолдеров (stakeholders), долевиков, которые участвуют в выработке политики в отношении регионального развития, практически полностью не совпадают с интересами регионов. их цель – обескровить регионы, направить финансовые потоки через киев, через «свои» банки, сделать правилом, чтобы крупные предприятия открывали в киеве свои представительства, в киеве осуществляли свои наиболее важные сделки. О нравах, царящих в коридорах власти свидетельствует такой факт: при решении вопроса о подключении нового корпуса херсонского университета и нового ледового дворца в Херсоне к энергетическим сетям (получение технического задания), ни областная власть, ни облэнерго не было в состоянии принять соответствующее решение или под­писать соответствующие документы. местные руководители единодушно утверждают: подобные вопросы решаются только в киеве. нынешнее правительство, озабоченное только созданием «киевской витрины» и пренебрегающее интересами регионов, устраивая гигантское перераспределительное «поле чудес» в киеве, когда регионы полностью зави­сят от столичных субвенций, от выделения чиновниками призовых траншей «за хорошее политическое поведение», безразлично относится к региональному трансграничному развитию.

Большой трудностью является процесс консолидирования региональных общин, без чего невозможна мобилизация внутренних ресурсов возрождения макрорегиона. на территории искусственно созданных большевиками областей такая консолидация терри­ториальной общности невозможна. Важнейшим условием консолидации является выход за рамки областного деления и формирование естественных территориальных общностей на территории с общей исторической судьбой, общим экономическим комплексом (кла­стерами), родством социо-культурного характера (язык, традиции, менталитет, характер, особенности поведения и т.п.). Днестровско-Днепровский макрорегион (Одесский макро­регион) может стать форматом новой территориальной общности, нового европейского макрорегиона.

Особенностью Одесского макрорегиона является доминирование русского языка в экономических коммуникациях. Это обстоятельство учитывает потенциал русского языка в регионе, его распространенность. по данным международного агентства «евразийский монитор», проводившего исследования распространенности русского языка в 2007 г., свободно говорят, пишут и читают на русском 70% населения Украины, еще 13% – свободно говорят и читают, но пишут с ошибками. В молдове – свободно владеют русским 51%, и еще 19% свободно говорят и читают, но пишут с ошибками²². В приднестровье по ре­зультатам опроса, проведенного по методике «евразийского монитора», свободно владеют русским 62%, еще 31% говорят свободно, но пишут с ошибками²³. Русский язык уже давно стал основным языком экспертов в приднестровском урегулировании и региональном сотрудничестве.

Следует принять во внимание вариативность сценариев политического развития регионализма в пространстве молдовы-приднестровья и Украинского причерноморья. Возможны несколько вариантов развития событий.

1.       Создание еврорегиона «Днестр» или Одесского макрорегиона в указанном про­странстве, имплементация европейской модели регионализма;

2.       Экономическая интеграция локализуется в форме создания транснациональных картелей, холдингов, корпораций, и в условиях становления нейтрального статуса государств региона не ведет к появлению эффективных трансграничных форм интеграции;

3.       Экономическое взаимодействие и трансграничное сотрудничество не перерастает в интеграцию, не ведет к появлению наднациональных структур и переживает стагнацию на низком уровне;

4.       Отказ государств региона от экономического взаимопроникновения, сохранение «замороженного конфликта», рецидивы экономических блокад, нарушения эко­номических свобод, тенденция к изоляционизму и экономической депрессии.

Неоднозначность будущего макрорегиона связана со сложным переплетением на его территории геополитических интересов центров силы: США, России, ЕС и других стран. Действие этих интересов может как замедлить, так и ускорить формирование Одесского макрорегиона.

Выводы и рекомендации

Важнейшим выводом, который сделан нами в результате анализа сложившейся в регионе ситуации²⁴ является то, что экономическая интеграция и сотрудничество инвари­антна по отношению к любым остальным вопросам урегулирования. «Замороженность» приднестровского конфликта, его стагнация, длительность сложившихся ограничений экономической свободы негативно сказывается на состоянии экономики, на социальном самочувствии населения. молдо-приднестровский конфликт является источником эко­номических осложнений не только для молдовы и приднестровья, но и для Украины, которая, в частности, понесла огромные, многомиллионные убытки от введения новых таможенных правил на приднестровском участке украинской границы.

Экономическая интеграция молдовы и приднестровья была бы неполным и недо­статочным выходом из сложившейся ситуации. Реинтеграция молдовы в узком смысле этого слова не учитывает несколько моментов: первое, контекст сложившегося молдо-украинского и приднестровско-украинского экономического сотрудничества; второе, взаимодополняемость региональных экономик молдовы, приднестровья и украинского причерноморья; третье, взаимоприемлемость экономической интеграции Юга Украины с молдовой-приднестровьем в отличие от реинтеграции в узком смысле слова.

Наиболее эффективным и взаимоприемлемым макроэкономическим форматом мощ­ного экономического интеграционистского процесса может быть формирование Одесского (Днестровско-причерноморского) макрорегиона, основанного на принципиально новом уровне трансграничного сотрудничества в бассейне Днестра и украинского причерноморья.